Меры предупреждения половых преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних

Не отвечает интересам защиты детей от сексуального совращения сохранение в статьях 134, 135 и других нормах Уголовного кодекса Российской Федерации признака "заведомости" осознания возраста потерпевшего ребенка. Федеральным законом от 27.07.2009 № 215-ФЗ этот признак обоснованно исключен из статей 131, 132, 2281, 230, 2421 Уголовного кодекса Российской Федерации, но по непонятным причинам оставлен без изменения в ряде других статей о преступлениях в отношении несовершеннолетних. При отсутствии законодательного его определения применительно к несовершеннолетним потерпевшим, а также четких и единообразных официальных разъяснений по этому вопросу высших судебных инстанций сохранение указанного признака в составах преступлений, потерпевшими от которых являются дети, существенно снижает их правовую защищенность, сохраняет возможности для манипулирования законом при решении вопроса о возбуждении или прекращении уголовных дел, создавая тем самым предпосылки для ухода преступников от уголовной ответственности. К тому же такой неоднозначный подход противоречит международным стандартам (Факультативный протокол к Конвенции ООН о правах ребенка, касающийся торговли детьми, детской проституции и детской порнографии, статья 8) и зарубежному опыту. В уголовном законодательстве США, Франции и др. в случае совершения преступлений против половой неприкосновенности детей вообще не требуется доказывания факта осознания виновным возраста потерпевшего (потерпевшей), в УК Великобритании, Ирландии, Италии и Норвегии добросовестное заблуждение относительно возраста ребенка не является основанием для освобождения от уголовной ответственности, и только в соответствии с §226 УК Дании, если преступник действовал по небрежности, не зная о возрасте потерпевшего, назначаемое ему наказание должно быть уменьшено.

Недостаточная защищенность несовершеннолетних от ненасильственных половых преступлений проявляется также в нераспространении на 14-15-летних потерпевших действия частей четвертых статей 134, 135 Уголовного кодекса Российской Федерации, устанавливающих повышенную уголовную ответственность за совершение таких деяний по предварительному сговору группой лиц либо организованной группой только в отношении малолетних.

Серьезные пробелы сохраняются в уголовно-правовом регулировании защиты детей от вовлечения в порнобизнес. За последние годы мировой рынок детской порнографии стал одним из самых прибыльных секторов теневой экономики, принося значительные доходы при относительно небольших вложениях. Анализ статистической отчетности свидетельствуют о крайне тревожной криминальной ситуации в данной сфере. Так, в 2009 году количество зарегистрированных фактов незаконного изготовления и оборота материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних (ст. 2421 УК РФ) возросло, по сравнению с 2008 г., на 59,6% (с 223 до 356).

Правоприменительная практика в сфере борьбы с вовлечением и использованием детей в производство и оборот порнографии осложняется тем, что в российском уголовном законодательстве отсутствуют законодательные определения понятий "порнографическая продукция", материалы или предметы с порнографическими изображениями несовершеннолетних" (так называемая "детская порнография"). Вместе с тем, закрепление в национальном законодательстве государств-участников дефиниции термина "детская порнография" рекомендовано Факультативным протоколом № 2 к Конвенции ООН о правах ребенка, касающемся торговли детьми, детской проституции и детской порнографии, Рекомендацией Rec (2001) 16 Комитета Министров Совета Европы относительно защиты детей от сексуальной эксплуатации от 31 октября 2001г. и Европейской конвенцией о правонарушениях в сфере электронной информации 2001г.

В российском законодательстве не криминализировано хранение материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних в личных целях, без цели ее распространения, рекламирования и демонстрации. Вместе с тем такого рода действия стимулируют спрос на детскую порнографию и, соответственно, расширение ее производства. Тем временем, количество преступлений, связанных с изготовлением и распространением "детской порнографии" (ст. 242.1 УК РФ), по данным МВД России с 2004 по 2008 годы выросло в 10,5 раза (с 30 до 356).

Не установлены повышенные меры уголовной ответственности за оборот детской порнографии с использованием сети Интернет и других информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования. Такого рода действия, навсегда запечатлевающие акт растления ребенка и делающие его доступным для многочисленной аудитории пользователей, стимулирующие педофильные наклонности, влекут по действующему законодательству такую же ответственность, как и иные менее опасные способы совершения этого преступления. В то же время все большее число растлителей малолетних используют компьютерные технологии для организации, ведения и пополнения своих порнографических коллекций с образами детей. В 2009 году выявлено 320 фактов изготовления и оборота детской порнографии с использованием информационных технологий, за год число таких преступлений возросло более чем на 70%.