Институт воеводства Фёдора Алексеевича

В Кремле, при Феодоре Алексеевиче, строились палаты для приказов. Так, в 1677 году готовы были нижние этажи 28 палат и стали строить верхние. На проезжих воротах была построена церковь Трех Исповедников. В 1680 году царь указал в новопостроенных палатах учинить приказы: от Архангельского собора Польский с четвертьми (4 палаты), у проезжих ворот Большая казна и Новгородский приказ с четвертьми. На Мстиславском дворе, от проезжих ворот, Поместный приказ с четвертьми (4 палаты), рядом Казанский дворец (в одной палате здесь был устроен колодезь). Рядом с поместным приказом поместился Стрелецкий. В Китае-городе, на Ильинке, был выстроен храм св. Николая (Большой крест).

Патриарх Иоаким в своей слободе, на Козьем болоте, откуда тек ручей в речку Пресню, неподалеку от тамошних прудов, приказал вырыть несколько прудов, из коих один существует до сих пор и называется Патриаршим. В 1681 году на Пресне был выстроен государев дворец и при нем каменная церковь Воскресения, отчего государево село стало называться Новым Воскресенским. В том же году сюда была перенесена деревянная церковь Николы Чудотворца "с курьей ножки", близ Поварской. В это царствование построена Дмитрием Калошиным, близ Девичьего поля, церковь Неопалимой Купины. Этот боярин особенно чтил икону Неопалимой Купины, находившуюся в Святых сенях пред Грановитою палатой. Однажды он подпал царскому гневу, хотя и не знал за собою никакой вины, и стал молиться пред этой иконой о небесном заступничестве. Богоматерь, явившись во сне царю, возвестила ему о невинности опального. Освободившись от своей невзгоды, боярин в благодарность за это построил Неопалимовский храм.

27 апреля 1682 года удар колокола на Иване Великом возвестил Москве о кончине царя Феодора Алексеевича. Во дворец отправились патриарх Иоаким с архиереями и бояре. Собравшиеся прежде всего поклонились усопшему царю, а затем целовали руки его двум братьям, царевичам Иоанну и Петру Алексеевичам. Приходилось решать вопрос, кому наследовать престол после бездетного Феодора. Старшей его брат был болезнен, подслеповат и слабоумен (скорбен главою). Десятилетний Петр был крепок телом и уже обнаруживал замечательные способности. Немедленно духовные лица и бояре собрались, для решения вопроса, в передней палате. Большинство бояр, прибывших, на случай смятения, в панцирях, было на стороне Петра, но и не мало было и на стороне Иоанна. Чтобы прекратить недоумение, по предложению патриарха, решено было предложить это дело людям всех чинов Московского государства. В Москве находились призванные Феодором (по вопросу о податях и отправлении выборной службы) выборные люди. Народ собрался пред церковью Спаса за Золотою решеткою и на предложенный патриархом вопрос провозгласил царем Петра. Он находился в это время у гроба брата. Освященный собор и бояре нарекли его здесь царем. Патриарх благословил государя-отрока крестом, и его посадили на трон. Бояре, дворяне и люди всяких чинов принесли ему присягу, поздравляли его с восшествием на престол и целовали царскую руку.

На другой день происходило погребение царя в Архангельском соборе. Тело его несли в санях стольники, а за ним в других санях несли молодую вдовствующую царицу Марфу Матвеевну Апраксину. За гробом шел царь-отрок. Но рядом с Петром, вопреки обычаю, шла девица-царевна Софья. Она громко голосила и покрывала своими воплями причитанья целой толпы черниц. Она была уже 25 лет и отличалась дородством и еще при покойном брате покинула терем и, владея не малым образованием, принимала участие в делах правления. По окончании погребения, царевна Софья, возвращаясь во дворец, всенародно вопила: "брат наш, царь Феодор, нечаянно отошел со света отравою от врагов. Умилосердитесь, добрые люди, над нами, сиротами. Нет у нас ни батюшки, ни матушки, ни брата-царя. Иван, наш брат, не избран на царство. Если мы чем перед вами, или боярами провинились, отпустите нас живых в чужую землю, к христианским королям".

Это показывало, что Софья уже в этот момент готовилась вырвать правительственную власть из рук Нарышкиных и овладеть ею. Ее агенты, с первых же дней, стали шнырять в Стрелецких слободах, за Москвой-рекой: в приходах Троицы в Вишняках, Петра и Павла на Калужской улице и Казанской у Калужских ворот, в Земляном городе, у Пимена в Воротниках, у Сергия в Пушкарях, у Троицы на Листах, у Николая Чудотворца в Воробине, у Спаса в Чигасах за Яузой.