Порядок хранения вещественных доказательств

Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба Владимира Костылева. Он в 2004 году приобрел вертолет Bell 407, который, по словам владельца, прошел таможенное оформление. Через год Московско-Смоленская транспортная прокуратура обвинила Костылева в контрабанде и возбудила уголовное дело. Вертолет был признан вещественным доказательством. Хранить такой большой вещдок было накладно, и правоохранительные органы продали вертолет. При этом г-н Костылев никакой компенсации за свое имущество не получил.

До признания Конституционным Судом положения подпункта «в» пункта 1 части второй и части четвертой ст. 82 УПК РФ не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (части 1 и 3), 46 и 55 (часть 3), УПК РФ разрешал продавать крупногабаритные вещдоки, хранение которых было связано с большими издержками. В этом случае по решению следователя, дознавателя или судьи они передавались на реализацию. Правом распоряжаться изъятым у собственников имуществом пользуются порядка десяти ведомств, в том числе МВД, Федеральная служба судебных приставов, таможенная служба.

Данные действующие положения УПК были признаны КС противоречащими Конституции РФ, так как эти законоположения позволяют лишать собственника или законного владельца его имущества, признанного вещественным доказательством, без вступившего в законную силу приговора, которым решается вопрос об этом имуществе как вещественном доказательстве, и – в случае, когда спор о праве на имущество, являющееся вещественным доказательством, подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, – до вступления в силу соответствующего решения суда. Принудительное же отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения. Предметы, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, в том числе большие партий, хранение которых затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которых соизмеримы с их стоимостью оцениваются и с согласия владельца либо по решению суда передаются для реализации в соответствии с законодательством Российской Федерации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Средства, вырученные от реализации вещественных доказательств, зачисляются в соответствии с настоящей частью на депозитный счет органа, принявшего решение об изъятии указанных вещественных доказательств. К материалам уголовного дела может быть приобщен образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования.

Однако правоохранительные органы практикуют досудебную конфискацию. Арест проводится на ранних стадиях расследования – еще до признания вины подозреваемого лица, причем без составления детальной описи и проведения оценки стоимости продукции. Все это ведет к злоупотреблениям органов, участвующих в дальнейшей судьбе изъятого товара. Один из громких скандалов с участием МВД случился в марте 2006 года, когда у компании «Евросеть» по подозрению в контрабанде было изъято 167 тыс. телефонов рыночной стоимостью порядка 19 млн долл. Чтобы не платить за хранение этой партии, было принято решение продать товар по цене в 30 раз ниже рыночной. Точку в скандале поставил бывший министр экономического развития и торговли Герман Греф, назвав ситуацию с торговлей конфискатом «полной вакханалией», после чего дело было закрыто, а задержанный товар возвращен владельцу. Позже прокуратура арестовала двух сотрудников правоохранительных органов, которые были уличены в реализации конфискованных мобильных телефонов.