Теоретические подходы к пониманию административных взысканий

Административное право не может и не должно охватывать все стороны государственной жизни. Сохранение прежних тенденций неминуемо будет приводить к попыткам решения любой проблемы с помощью властного воздействия - различного рода правовых актов. Там, где вполне обоснованы позиции государства по обеспечению укрепления общественного порядка и законности с учетом соблюдения прав и свобод человека, гражданина, следует совершенствовать институты административного права, усиливая юридически-властное начало. Вместе с тем было бы абсурдным пытаться, например, управлять наукой, образованием, культурой, используя в полном объеме те же формы и методы, которые характерны для административно-политической сферы.

Следовательно, предметом административного права могут быть общественные отношения, возникающие на основе и в соответствии с законом, в ходе организации органов исполнительной власти, реализации установленных административно-властных полномочий по обеспечению управления государственными объектами и разрешению административных деликтов.

Ограничивая пределы воздействия административного права, следует расширять возможные источники права в совершенствовании и развитии данной отрасли права. В правотворческой практике наметились тенденции, которые нуждаются в более тщательной научной оценке. Так, стали заметными попытки "рецептировать", переносить на национальную "почву" многие институты права зарубежных государств. Подобная традиция может иметь благотворное влияние при условии восприятия соответствующих доктрин, идей, культуры, которые могут не просто понять заимствованные нормы права, но и обеспечить их адаптацию, формирование правовых привычек и обычаев.

Именно поэтому следует более активно использовать конструктивные правовые доктрины, договоры в качестве источников административного права. Институт государственной службы - убедительный тому пример, где есть сфера и условия применения указанных источников права.

Благодаря совершенствованию институтов административного права есть реальная возможность не смотреть на данную отрасль как на систему, которая традиционно объяснялась как форма одностороннего властного выражения воли государственных органов и должностных лиц. Более тщательный анализ феномена "воли" убеждает, что есть условия ее формирования не на основе принудительного отчуждения воли отдельных субъектов, а на основе взаимного согласия, договора с целью установления единых правил для субъектов административного права.

Такой подход позволит развивать административное право не в режиме пожарной команды, а конструирования связей, в которых заинтересованы субъекты административного права. Никакие хитроумные объяснения о природе административной власти не способны сохранить административную опеку и там, где государство, его органы выступают в качестве равноправных субъектов и оказывают правовые, иные услуги. В этой связи правомерным считается утверждение о том, что подобные отношения носят партнерско-клиентский характер (Ю.А. Тихомиров, И. Оффеле).

В административном праве сложились определенные догматические представления, согласно которым принуждение рассматривается, как правило, в контексте наложения взысканий, применения мер ответственности (право ничто без аппарата принуждения). Подобная констатация удобна в определенных прикладных целях, но она не объясняет сущности явления, ограничиваясь классификацией формального проявления (например, предупреждение может рассматриваться как мера взыскания и мера пресечения).

Вступление в правоотношение уже может ограничивать рамки поведения или свободы выбора даже в тех случаях, когда подобное меры делаются в интересах человека (например, в условиях угрозы безопасности здоровья и т.д.) [3, с.389].

В КоАП содержится версия административной ответственности через призму применения административных взысканий путем ограничения прав и свобод лица (физического, юридического), совершившего административное правонарушение. Отметим, что, например, КоАП Российской Федерации прямо указывает, что административная ответственность выражается в применении наказания [20, с.30].

Понимая, что право во всех своих проявлениях не может игнорировать волевое начало, следует различать внутреннюю свободу и внешние формированные требования права, которые могут абстрагироваться от чувственных побуждений индивидуумов. Однако это не может быть правилом, исключающим анализ обстоятельств, имеющих смягчающее (облегчающее) значение, и иных обстоятельств, отражающих характеристику мотивов поведения и иных качеств человека. Даже в случаях, когда не требуется выявление вины как квалифицирующего признака проступка, не следует забывать, что именно осознание вины дает возможность убедиться в "воспитательных" возможностях права.

Форма юридических, административно-принудительных требований, представляя субъективно-деятельную способность, может стать актуальным бытием для других и органично "вплестись" в ткань общественных отношений, если она имеет и человеческую значимость. Так, на примерах правоприменительной практики (Т.Д. Даубеков, Е.Е. Порохов и др.) показывается, что меры в виде штрафов, налагаемых в административном порядке, не всегда оказываются эффективными и начинают "терять" свои специфические признаки [20, с.32]. Ренессанс товаропроизводителей создает предпочтительные условия для вещных отношений, вследствие чего разные формы собственности получают равные способы защиты, а типичные рамки административных штрафов начинают "расти" как соответствующая плата за охрану формой права. Именно подобные проявления права и дают основания отдельным специалистам полагать, что юридический кодекс с его статьями - это тот же "масштаб цен" [26, с.236].