Оформление полномочий адвоката в гражданском процессе

Для допуска адвоката-представителя к участию в гражданском судопроизводстве его полномочия должны быть надлежащим образом оформлены. Согласно части 5 ст. 53 ГПК РФ, право адвоката на выступление в суде в качестве представителя удостоверяется ордером, выданным соответствующим адвокатским образованием. В соответствии с п.2 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» в случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи для вступления адвоката в дело. В настоящее время действует форма ордера, утвержденная Министерством юстиции РФ в приказе Минюста РФ от 10 апреля 2013 г. №47 «Об утверждении формы ордера». Данный вопрос, а точнее правомерность издания указанного Приказа, стала предметом рассмотрения в Верховном суде Российской Федерации. Верховный Суд РФ рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Пакина К.В. о признании недействующим приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 10 апреля 2013 г. №47. Форма ордера предусматривает две части листа – «корешок ордера», остающийся в ордерной книжке после отрыва ордера, и непосредственно «ордер». Указанные части содержат тождественные строки с подстрочным текстом для заполнения сведений о том, с какого числа адвокату поручается осуществление полномочий адвоката, какова сущность поручения лица, чьи интересы представляются, на какой стадии рассмотрения дела, а также строку для внесения информации об основаниях выдачи ордера с подстрочным текстом «реквизиты соглашения, документа о назначении». Пакин К.В., являющийся адвокатом, обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании недействующим Приказа, однако фактически оспаривал утвержденную этим Приказом форму ордера, выдаваемого адвокату, в части, предписывающей внесение сведений о дате, с которой реализуется поручение, стадии рассмотрения дела и об основаниях выдачи ордера с указанием реквизитов соглашения, документа о назначении.

Заявитель считает, что оспариваемые нормативные предписания противоречат правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 25 октября 2001 г. №14-П. Заявитель полагает, что реквизиты соглашения между адвокатом и доверителем являются информацией, составляющей профессиональную (адвокатскую) тайну, которая не может быть раскрыта третьим лицам без согласия на то доверителя, что является нарушением пункта 1 статьи 8, пункта 1 статьи 25 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», статьи 7 Федерального закона от 27 июля 2006 г. №152-ФЗ «О персональных данных», частей 5 и 6 статьи 9 Федерального закона от 27 июля 2006 г. №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

Минюст России в письменных возражениях на заявление указал, что сведения о дате, с которой реализуется поручение, стадии рассмотрения дела или наименовании органа, учреждения, организации определяют начальный, но не конечный момент осуществления адвокатом деятельности по защите прав и интересов доверителя. Информация, содержащаяся в ордере, позволяет установить полномочия адвоката при выполнении поручения по оказанию юридической помощи в рамках конкретного уголовного, административного или гражданского судопроизводства, основанного на конституционном принципе открытости и гласности судебного разбирательства, что исключает вывод о противоречии оспариваемых нормативных положений требованиям закона. В судебном заседании Пакин К.В. требования поддержал.