Модель Дионисия Галикарнасского

Дионисий Галикарнасский (греческий историк) обращает внимание на порядок изложения сакрального права в самом законодательстве Нумы Помпилия. Дионисий в отличие от Цицерона и Варрона, которые отражали только известное им сакральное право и законодательство века до нашей эры, претендовал на описание древнейшего сакрального законодательства - 7 в. до н. э. Дионисий делит все законодательство Нумы на две части:

«законодательство о религии»;

многочисленные законы, касающиеся частной жизни граждан;

Вся первая часть - о религии - была разделена на восемь частей:

1. В первой части излагались нормы о 30 курионах и соответственно о священнодействиях, которые римляне называли sacra pro curis .

2. Во второй части располагались нормы о фламинах и соответственно sacra pro montibus.

3. Третья часть была посвящена предводителям целеров и назначенным им жертвоприношениям, в которых вполне угадываются sacra pro sacellis.

4. Четвертую часть законодательства Дионисий связывает с авгурами.

5. Пятая часть касается весталок.

6. Шестая часть описывает пляски салиев.

7. Седьмая часть касается фециалов и их ритуалов объявления войны.

8. Наконец, только восьмую часть законодательства Нумы Помпилия Дионисий связывает с понтификами.

Практически вся жизнь первоначальной римской общины регулировалась сакральным правом. Это сакральное право выражалось в так называемых «священных законах» (leges sacratae). Священные законы были самыми разнообразными по содержанию юридическими нормами, объединенными лишь одной общей чертой — сакральной санкцией. Это были своего рода религиозные запреты, регламентировавшие не только порядок совершения богослужения, но и самые разнообразные стороны частной и общественной жизни. Нарушение этих запретов (табу) вело либо к человеческим жертвоприношениям, либо к обильным искупительным жертвам, приносившимся разгневанным богам. За соблюдением этих религиозных запретов следили понтифики, имевшие власть судить и казнить. Священные законы представляли ту стадию в развитии права, когда оно еще не вполне отделилось от религиозных институтов.